3-я заповедь блаженства

 Блажени кротцыи, яко тии наследят землю.

В Святом Крещении мы возрождаемся для новой жизни, становимся новою тварью, созданною о Христе Иисусе на дела благие, да в них ходим, — так что рожден­ный сим образом от Бога греха не творит, пока он пребывает в своем чине и действует по началам нового рождения. Выступая из сего чи­на, падаем мы и опять творим грех. Но вот при­носим Покаяние, исповедуемся, причащаемся Святых Христовых Тайн — и снова приемлем­ся в первый чин и в первые преимущества, да­руемые приемлющим новое рождение во Свя­том Крещении. Следовало бы теперь ожидать, что к нам снова должно быть приложимо апос­тольское слово: «рожденный от Бога греха не творит» (1Ин.3,9).

И вот, однако ж, и в себе, и в других мы видим царствующим грех, даже в дни сии освяща­ющие, даже после святого говения и строгих обетов наших. Что же это? Обетование ли Божие стало не неложно? Или благодать Божия обес­силела? Нет. «И елика обетования Божия, в Том ей и в Том аминь» (2Кор.1,20); и в ком благодать, тот «вся может о укрепляющем его Господе» (Флп.4,13). Причина сему горестному явлению не вне нас, а в нас самих в том, что мы с своей стороны не употребляем обязательных для нас усилий и не пользуемся, как должно, указанными нам средствами. Вино­вен ли врач в безуспешности лечения, когда боль­ной не слушает его указаний и не употребляет прописываемых ему лекарств? Господь обетовал подавать силы и подает. Но с нашей сто­роны должно быть противление греху и борьба с ним. Кто не борется с грехом, тот не одолевает его; кто не одолевает падает и пребывает в грехе. Напротив, кто противится греху, тому все­гда готова помощь благодатная, коею укрепляе­мый хотя не без труда, но всегда может укло­ниться от зла и сотворить благо.

Итак, главное дело с нашей стороны есть борь­ба со грехом. Борись, не поддавайся; и одоле­ешь. И не будет греха в тебе. Если и другие так же станут действовать, то и в них его не будет. И будет повсюду светлое царство святости и правды.

Борющемуся надобно иметь оружия и уметь употреблять их, или знать, как воевать. В другой раз я изображал вам всеоружие христианское и выяснял необходимость облечься в него. Припомните сии оружия. Это суть: пост, уединение, бдение, хранение чувств, поклоны, хождение в церковь, чтение слова Божия и отеческих писа­ний, всестороннее послушание, трезвенное вни­мание к себе, молитва, вера. Вы видели, как они вытекают из природы нашей и из свойства са­мой брани. И стало, можете быть уверены, что все они существенно необходимы в деле нашего воинствования против греха.

Но положим, что кто-либо вооружился все­ми ими; все ли он сделал? Нет. Надобно еще действовать ими, и действовать не как попало, а целесообразно. Не берусь вам изобразить всё, как ведется духовная брань. Это предмет очень обширный. Укажу только самые главные при­емы, которых, однако ж, достаточно, чтоб обеспе­чить за вами успех борения.

Первое. Не задумывайте вы поднимать вои­ну против всего полчища страстей, а вооружай­тесь всякий раз против той страсти, которая во­юет на вас. Воюет гордость, боритесь с гордостью; воюет гнев, боритесь с гневом; одолевает зависть, боритесь с завистью. Какой враг пред лицом, того и борите, на того и устремляйте все свои воинские силы и все внимание. То вражеская уловка, что он отвлекает силы наши в другую сторону, а не на то, где опасность.

Второе. Поспешите отделить себя от врага и противопоставить себя ему, а его себе. В духов­ной брани не то, что в чувственной. В чувствен­ной враг идет прямо в лицо и виден. А в духов­ной брани и враг, и мы — в той же душе и в том же сердце; и вся беда у нас большею частью оттого, что мы не умеем различить врага от себя и разъединиться с ним. Думаем, что страстное, движение, нас тревожащее, это мы, наша при­рода, естественное требование, которому удов­летворить должно, тогда как она — не мы, не потребность природы, а враг наш, пришлый отовсюду. Это заблуждение есть источник всех на­ших грехопадений и неправых дел. Если б ус­певали мы на первых порах отделять страсть от себя, как нечто пришлое, вражеское, то не удов­летворять бы ей склонялись, а воодушевлялись ненавистью и противлением.

Третье. Отделив беспокоющую нас страсть от себя и сознав ее врагом, начинайте воевать против: нее, бороть ее, перебирая одно оружие за другим, пока не убежит и не скроется от нас, или пока не успокоится душа. Поститесь, молитесь; читайте, размышляйте, с духовным отцом гово­рите, в церковь ходите, дома поклоны кладите. Словом, все употребите, что полагаете пригод­ным, чтоб одолеть врага. Иногда страсть скоро скрывается, иногда долго борет. Наше дело не ослабевать, а мужественно терпеть в подъятии воевательных подвигов, пока и следа вражеско­го не останется на земле души нашей.

Четвертое. Враг прогнан, страсть погашена, душа успокоилась. Никогда не думайте, что вы поразили сию страсть насмерть. Нет. Она толь­ко устранилась на время, не имея возможности противостоять напору сил ваших. Но, как только случай, тотчас опять восстанет и начнет бороть. Вы одолели страсть только в одном случае; но таких случаев она найдет тысячи и снова начнет бороть и вызывать на брань. Притом одна страсть устранится — другая выступит; и арена наша никогда не бывает пуста и праздна. Это значит, что христианину никогда не должно Слагать с себя всеоружия своего, а быть в нем и день, и ночь. Он есть воин несменный, который всегда должен быть готов на брань. В сем «терпение» (Апок.13,10). «В терпении вашем стяжите души ваша» (Лк.21,19); Ибо только «претерпевый до конца, той спасён будет» (Мк.13,13).

Вот и вся программа брани! Сознав врагом свою страсть, сейчас тебя борющую, поражай ее оружиями своими, употребляя одно за дру­гим, пока прогонишь. Прогнал? Стой и смотри, ожидая нападения той же или другой страсти. И когда нападает, сделай с нею то же, что делал с первою. Так всякий день, всякий час и всякую минуту.

Спросите: «Когда же конец?» На деле уже всякий сам увидит, когда настанет конец брани именно для него. Когда кончится брань, тогда ей и конец будет; наперед же это определить никто не может. Наперед можно сказать только то, что чем кто бодреннее будет бороться, не под­даваясь ни одному страстному влечению, тем ско­рее начнут ослабевать страсти; и по мере того, как длиться будет сия неуступчивая брань, мир и тишина начнут водворяться в душе. Есть же надежда, что душа придет наконец в такое мир­ное устроение, в котором, как в полночной тиши­не, царствовать будет глубокое молчание, — знак, что враги далеко прогнаны или все положены на месте. Тогда душа внутренне будет праздновать непрестающую субботу, вопия: «проидохом сквозь огнь и воду, и извел ны ecи в покой! (Пс.65,12).

Милостивый Господь, Началовождь наш, да поможет всем вам, труженики в брани, достиг­нуть сего великого блага! Аминь.